x
Оформить заказ

...Как птицы из всего строят гнезда, так дети из всего мастерят себе куклу..

Дети, детство, раннее развитие в художественной литературе - Детская комната Умной игрушки

   Даже в ту минуту, когда Козетта вышла с ведром в руке, мрачная и подавленная, она не могла удержаться, чтобы не посмотреть на дивную куклу, на эту "даму", как она называла ее. Бедное дитя замерло на месте. Козетта еще не видала этой куклы вблизи. Лавочка показалась ей дворцом, а кукла - сказочным видением. Это был восторг, великолепие, богатство, счастье, возникшее в призрачном сиянии перед маленьким жалким существом, поверженным в бездонную, черную, леденящую нужду. Козетта с присущей детям простодушной и прискорбной проницательностью измеряла пропасть, отделявшую ее от этой куклы. Она говорила себе, что надо быть королевой или по меньшей мере принцессой, чтобы играть с такою "вещью". Она любовалась чудесным розовым платьем, роскошными блестящими волосами и думала; "Какая счастливица эта кукла!" И девочка не могла отвести глаза от волшебной лавки. Чем дольше она смотрела, тем сильнее изумлялась. Ей казалось, что она видит рай. За большой куклой сидели куклы поменьше, и ей представлялось, что это феи и ангелы. Торговец, который прохаживался в глубине лавочки, казался ей чуть ли не самим богом.
   Она так углубилась в благоговейное созерцание, что забыла обо всем, даже о поручении, которое должна была выполнить. Внезапно грубый голос трактирщицы вернул ее к действительности...

* * *

   ...Девочки уселись в углу, возле очага. Они принялись тормошить куклу, укладывали ее то у одной, то у другой на коленях и весело щебетали. Время от времени Козетта поднимала глаза от вязанья и печально глядела на них.
   Эпонина и Азельма не замечали Козетту. Она была для них чем-то вроде собачонки. Этим трем девочкам вместе не было и двадцати четырех лет, но они уже олицетворяли собой человеческое общество: с одной стороны - зависть, с другой - пренебрежение. Да, сударыня, это у меня такая маленькая дочка. Теперь все маленькие дочки такие...
   Кукла у сестер Тенардье была полинявшая, старая, поломанная, но Козетте она казалась восхитительной- ведь у нее за всю жизнь не было куклы, настоящей куклы, - это выражение понятно всем детям.
   ...Эпонина и Азельма не обращали никакого внимания на происходившее вокруг. Они только что успешно завершили ответственную операцию - завладели котенком. Бросив на пол куклу, Эпонина, которая была постарше, пеленала котенка в голубые и красные лоскутья, невзирая на его мяуканье н судорожные движения. Поглощенная этой важной и трудной работой, она болтала с сестрой на том нежном, очаровательном детском языке, обаяние которого, как и великолепие крыльев бабочки, исчезает, как только ты попытаешься запечатлеть его.
   - Знаешь, сестричка, вот эта кукла смешнее той. Смотри, она шевелится, пищит, она тепленькая. Знаешь, сестричка, давай с ней играть. Она будет моей дочкой. Я буду мама. Я приду к тебе в гости, а ты на нее посмотришь. Потом ты увидишь ее усики и удивишься. А потом увидишь ее ушки, а потом хвостик, и ты очень удивишься. И ты мне скажешь; "Боже мой!" А я тебе скажу: "Да, сударыня, это у меня такая маленькая дочка. Теперь все маленькие дочки такие".
   Азельма с восхищением слушала Эпонину.
   Как птицы из всего строят гнезда, так дети из всего мастерят себе куклу. Пока Азельма и Эпонина пеленали котенка, Козетта пеленала саблю. Потом она взяла ее на руки и, тихо напевая, стала ее убаюкивать.
   Кукла - одна из самых настоятельных потребностей и вместе с тем воплощение одного из самых очаровательных женских инстинктов у девочек. Лелеять, наряжать, украшать, одевать, раздевать, переодевать, учить, слегка журить, баюкать, ласкать, укачивать, воображать, что нечто есть некто, - в этом все будущее женщины. Мечтая и болтая, готовя игрушечное приданое и маленькие пеленки, нашивая платьица, лифчики и крошечные кофточки, дитя превращается в девочку, девочка - в девушку, девушка - в женщину. Первый ребенок - последняя кукла.
   Маленькая девочка без куклы почти так же несчастна и точно так же немыслима, как женщина без детей.
   Козетта сделала себе куклу из сабли.

   Пьяницы продолжали петь свою песню, а ребенок под столом продолжал петь свою.
   Вдруг Козетта умолкла: обернувшись, она заметила куклу, которую девочки Тенардье позабыли, занявшись котенком, и бросили в нескольких шагах от кухонного стола.
   Она выпустила из рук запеленутую саблю, которая не могла удовлетворить ее вполне, затем медленно обвела глазами комнату. Тетка Тенардье шепталась с мужем и пересчитывала деньги; Эпонина и Азельма играли с котенком; посетители кто ужинал, кто пил вино, кто пел, - на нее никто не обращал внимания. Каждая минута была дорога. Она на четвереньках выбралась из-под стола, еще раз удостоверилась в том, что за ней не следят, затем быстро подползла к кукле и схватила ее. Мгновение спустя она снова была на своем месте и сидела неподвижно, но повернувшись таким образом, чтобы кукла, которую она держала в объятиях, оставалась в тени. Счастье поиграть куклой было редким для нее - оно таило в себе неистовство наслаждения.
   Никто ничего не заметил, кроме незнакомца, медленно жевавшего хлеб с сыром - из этого состоял весь его скудный ужин.
   Это блаженство длилось с четверть часа.
   Но как осторожна ни была Козетта, она не заметила, что одна нога куклы выступила из мрака, и теперь ее освещал яркий огонь очага. Эта розовая, блестящая нога поразила взгляд Азельмы, и она сказала Эпонине:
   - Гляди-ка, сестрица!
   Девочки остолбенели. Козетта осмелилась взять куклу!
   Эпонина встала и, не отпуская котенка, подошла к матери и стала дергать ее за юбку.
   Кукла у сестер Тенардье была полинявшая, старая, поломанная, но Козетте она казалась восхитительной- ведь у нее за всю жизнь не было куклы, настоящей куклы, - это выражение понятно всем детям.
   - Да оставь ты меня в покое! Ну! Что тебе надо? - спросила мать.
   - Мама! - сказала девочка. - Посмотри!
   Она показала пальцем на Козетту.
   А Козетта, в порыве восторга, ничего не видела и не слышала.
   "Наверно, нищий", - решила тетка Тенардье.
   Лицо кабатчицы приняло то особенное выражение, которое возникает по пустякам и за которое такие женщины получают прозвище "мегеры".
   На этот раз уязвленная гордость еще сильнее разожгла ее гнев. Козетта преступила все границы, Козетта совершила покушение на куклу "барышень"! Русская царица, которая увидела бы, что мужик примеряет голубую орденскую ленту ее августейшего сына, была бы разгневана не больше.
   Охрипшим от возмущения голосом она крикнула:
   - Козетта!
   Козетта вздрогнула, словно под ней заколебалась земля. Она обернулась.
   - Козетта! - повторила кабатчица.
   Козетта взяла куклу и со смешанным чувством благоговения и отчаяния осторожно положила ее на пол. Потом, не сводя с куклы глаз, она сжала ручки и - страшно было видеть этот жест у восьмилетнего ребенка! -заломила их. Наконец пришло то, чего не вызвало у Козетты ни путешествие в лес, ни тяжесть полного ведра, ни потеря денег, ни плетка, ни зловещие слова хозяйки, - пришли слезы. Она захлебывалась от рыданий.
   Незнакомец встал из-за стола.
   - Что случилось? - спросил он.
   - Да разве вы не видите? - воскликнула кабатчица, указывая на вещественное доказательство преступления, лежавшее у ног Козетты.
   - Ну и что же? - снова спросил человек.
   - Эта сквернавка осмелилась дотронуться до куклы моих детей! - ответила Тенардье.
   - И только-то? - сказал незнакомец. -Что ж тут такого, если она даже и поиграла в эту куклу?
   - Она трогала ее своими грязными руками! Своими отвратительными руками! - продолжала кабатчица.
   При этих словах рыдания Козетты усилились.
   - Да замолчишь ты наконец! - крикнула тетка Тенардье.
   Незнакомец направился к входной двери, открыл ее и вышел.
   Как только он скрылся, кабатчица, воспользовавшись его отсутствием, так пнула ногой Козетту, что девочка громко вскрикнула.
   Дверь отворилась, незнакомец появился вновь. Он нес в руках ту самую чудесную куклу, о которой мы уже говорили и на которую деревенские ребятишки любовались весь день. Он поставил ее перед Козеттой и сказал:
   - Возьми. Это тебе. и печально глядела на них
   По всей вероятности, в продолжение того часа, который он пробыл здесь, погруженный в задумчивость, он успел разглядеть игрушечную лавку, до того ярко освещенную плошками и свечами, что сквозь окна харчевни это обилие огней казалось иллюминацией.
   Козетта подняла глаза. Человек, приближавшийся к ней с куклой, казался ей надвигавшимся на нее солнцем, ее сознания коснулись неслыханные слова: "Это тебе", она поглядела на него, поглядела на куклу, потом медленно отступила и забилась под стол в самый дальний угол, к стене.
   Она больше не плакала, не кричала, - казалось, она не осмеливалась дышать.
   Кабатчица, Эпонина и Азельма стояли как истуканы. Пьяницы, и те умолкли. В харчевне воцарилась торжественная тишина.

Отверженные

Виктор Гюго

на начальную страницу
[В детской комнате - содержание]
[Следующая статья: Детская площадка]
[Вернуться в магазин]
© При цитировании активная ссылка на www.rustoys.ru обязательна


© 1999 - 2017 RusToys.ru